Задать вопрос юристу
 <<
>>

III ЛУИБЛАН

Не всегда только самые оригинальные книги привлекают к себе живейшее внимание. Стюарт Милль, говоря о системах сенсимонистов и Фурье, относит их "к числу самых замечательных произведений прошлого и настоящего времени".

Такая похвала была бы неуместа по поводу "Organisation du travair ("Организации труда") Луи Блана. В этой книге не встречаешь той глубины взглядов, какой отличаются произведения его предшественников. Книга, правда, очень коротка, размерами не превосходит журнальной статьи. И автор не блещет исключительной оригинальностью, свое вдохновение он черпает в самых различных источниках: у сенсимонистов, у Фурье, Сисмонди, Буонаротти, пережившего бабувистский заговор, и, наконец, в демократических воспоминаниях 1793 г. В общем, он ограничивается искусным изложением тех социалистических идей, с которыми общественное мнение успело со времени Реставрации ознакомиться. Однако, едва появившись в 1841 г., "Организация труда" читалась и дискутировалась повсюду и много раз издавалась в громадном количестве. Заглавие книги, заимствованное, впрочем, из сенсимонистского словаря, сделалось одной из популярных формул, в которых рабочие 1848 г. резюмировали свои требования. Сам автор февральской революцией был отмечен как самый выдающийся представитель рабочего класса. Даже после 1848 г. это произведение долгое время признавалось одним из самых выдающихся произведений французского социализма.

Такой продолжительный успех объясняется прежде всего внешними обстоятельствами. Книга по своей краткости и по простоте изложения была доступна для понимания и представляла удобную почву для дискуссий. Кроме того, личная известность автора способствовала широкому распространению ее. При Июльском правительстве Луи Блан был одним из самых видных журналистов и ораторов передовой демократической партии. Его "Histoire de dix ans” ("История десяти лет") создала ему славу ценного историка. Впоследствии его роль в качестве члена временного правительства 1848 г. и затем в начале третьей республики (с 1871 г.— Прим. КЯ.) сделала его исторической личностью. Наконец, неудачный опыт с национальными мастерскими способствовал вопреки его воле, и совершенно, впрочем, несправедливо, прославлению его идей. Однако всего этого было бы недостаточно для сохранения за ним места в этой истории, если бы не было других соображений в пользу того, чтобы оказать здесь больше внимания его "Организации труда".

Нище так ярко не выражена противоположность между режимом конкуренции и ассоциации. У Луи Блана все экономические бедствия происходят от конкуренции. Ею объясняются и бедность рабочих, и моральное их падение, и рост преступлений, и проституция, и промышленные кризисы, и войны между народами. "Докажем, — говорит он в начале своей книги, — 1) что конкуренция является для народа гибельной системой, 2) что конкуренция является причиной, постоянно вызывающей обеднение и банкротства среди буржуазии". И действительно, на протяжении всего произведения эти положения доказываются различными примерами, фактами, заимствованными из газет, из анкет и официальных статистических данных, из книг экономистов и личных наблюдений Луи Блана. Печальные факты в блестящем изложении проходят перед глазами читателя и все одинаково сводятся к единственной причине — конкуренции.

Таким образом, сам собой напрашивается вывод: чтобы исправить вызываемые конкуренцией неустройства, зло, следует основать экономический строй на ассоциации.

Луи Блан принадлежит, следовательно, к той группе социалистов, которые видят спасение для современных обществ в ассоциации.

Только он представляет себе ассоциацию не совсем так, как его предшественники. Он не грезит ни о фаланстере, ни о новой Гармонии. Он не представляет себе экономический мир будущего как ряд групп, образующих каждая маленькое законченное общество. Он не знает интегральной кооперации и фаланги Фурье, изготовляющих для своих членов все необходимое. Он предлагает "общественную мастерскую", которая есть не что иное, как производительное рабочее общество. Общественная мастерская группирует в себе только рабочих одного и того же ремесла. Она отличается от обыкновенной мастерской лишь большей демократичностью сво их членов. Но она не вмещает подобно микрокосму Фурье всех сторон экономической жизни. Она не находит в самой себе своей цели, ибо она создает лишь один продукт, который другие должны купить. Иными словами, Луи Блан изобразил самый общий тип производительных рабочих кооперативов, между тем как Оуэн и Фурье представляли себе кооперацию сразу и потребительской, и производительной.

Эта идея не была абсолютно и безусловно новой. Уже старый сенсимонист Бюшез предлагал в 1831 г. аналогичный проект, потерпевший неудачу. По его мысли, рабочие одного и того же ремесла, например столяры, сапожники или каменщики, соединяются в одну группу, соединяют вместе свои орудия труда и сами получают прибыль, которая иначе пошла бы в карман предпринимателя. Одна пятая прибыли идет на образование общественного капитала, вечного и неотчуждаемого, который правильно растет каждый год. ’Без этого капитала,—говорил Бюшез, правильно предугадывая будущее,—ассоциация сделалась бы похожей на всякую другую торговую компанию, она была бы полезной только своим основателям и вредной для всех тех, которые первоначально не принимали в ней участия, ибо в конце концов в руках первых она стала бы средством эксплуатации". Такая судьба действительно ожидала множество производительных кооперативов, ще основатели, сделавшись настоящими акционерами, заставляют работать за свой счет новых рабочих, на которых они смотрят как на простых "помощников".

"Общественная мастерская" Луи Блана имела большое сходство с мастерской Бюшеза, с той только разницей, что наш автор думал главным образом о крупной индустрии, а Бюшез — о мелкой. Кроме того, "общественная мастерская", по мысли Луи Блана, была лишь ячейкой, из которой впоследствии должно было выйти целое коллективистское общество. Но на самом деле это дальнейшее развитие его мало занимало. Это был слишком отдаленный и слишком неопределенный идеал, чтобы можно было с пользой его дискутировать. Важно было начать, и начать практически. "Подготовить будущее, не разрывая грубо с прошедшим", — вот долг. А что будет представлять это будущее? Тщетно было бы желание определить его. Так только приходят к утопии.

Благодаря своей простоте и определенности реформаторский план Луи Блана обратил на себя внимание. После стольких грандиозных, но неосуществимых грез, наконец, появился доступный для всех умов и легкоосуществимый проект. Эта потребность перейти от идеала к действительности, открыть, наконец, практическую формулу, чтобы избавиться, чего бы это ни стоило, от laisser faire, встречается у многих современников Луи Блана, например у Видаля, автора совершенно забытой ныне интересной книги о распределении богатств. Этим в значительной части объясняется успех книги Луи Блана, как и впоследствии успех государственного социализма.

Реформа действительно была очень простой.

Нужно было теперь же создать "общественную мастерскую" в главных отраслях производства; необходимый капитал образуется из займа у правительства. "Все рабочие, представляющие гарантии своей порядочности", допускаются в мастерскую в количестве, определяемом наличным капиталом. Заработная плата одинакова для всех. Этот побледйий принцип кажется ныне неосуществимым "лишь благодаря неправильному и антисоциальному воспитанию, данному современному поколению", но он станет совершенно естественным в будущем, коща "совершенно новое воспитание изменит идеи и нравы". Тут проглядывает общая всем ассоци- ационистам идея о новой среде, которая будет в состоянии изменить обыкновенные двигатели человеческого рода. Что касается управления мастерской, то оно будет организовано на выборном начале, за исключением только первого года, когда правительство обязано будет организовать его, потому что члены мастерской еще не будут достаточно знать друг друга, чтобы наметить самых достойных.

Чистая прибыль делится ежегодно на три части: одна часть распределяется поровну между членами ассоциации и служит прибавкой к заработной плате; другая — предназначается для содержания стариков, больных и слабых и "для облегчения последствий кризисов, нависающих над другими отраслями промышленности"; наконец, третья — предназначается "для снабжения орудиями труда тех, кто захотел бы принять участие в ассоциации, так что она может бесконечно расширяться". Это неотчуждаемый и вечный капитал Бюшеза.

Будет ли получать процент капитал, затраченный на организацию ассоциации? Конечно, этот процент будет даже гарантирован бюджетом. Однако не сделаем отсюда вывода, что Луи Блан подобно Фурье считает законным это вознаграждение. Он слишком проникнут идеями сенсимонизма, чтобы допускать это. В будущем процент исчезнет, но, впрочем, Луи Блан не объясняет, как это случится. Ныне же его нужно сохранить, чтобы бережно миновать переходные периоды. Не следует "с диким нетерпением разрушать существования, хотя бы основанные на тех злоупотреблениях, которые мы стремимся уничтожить". Уплаченный процент составит, впрочем, как и заработная плата, часть стоимости производства. Но что касается чистой прибыли, то капиталисты будут участвовать в ней лишь при условии, если они будут работать.

В общем, как видно, вся разница между общественной и современной мастерской заключается в том, что (не говоря уже о более демократической организации мастерской) прибыль предпринимателя в "общественной мастерской" (в современном смысле этого слова, т.е. прибыль, не заключающая в себе процента) распределяется между самими рабочими.

Но "общественная мастерская", как мы сказали, есть не что иное, как ячейка, откуда выйдет новое общество. А силой, с помощью которой произойдет такое расширение мастерской, будет как раз — забавный вывод — конкуренция, ставшая на этот случай "святой". "Дело в том, чтобы воспользоваться самой же конкуренцией для устранения конкуренции". Это не представит трудности, ибо «"общественная мастерская" будет иметь над всякой частной мастерской то преимущество, которое дается сбережениями от общей жизни и от способа организации, ще все без исключения рабочие заинтересованы в том, чтобы производить быстро и хорошо». Частные предприятия повсюду будут встречаться с угрозами со стороны "общественной мастерской". Капиталисты и рабочие сами потребуют поглощения их "общественной мастерской", чтобы воспользоваться преимуществами ее. И тоща останется только слить в одну ассоциацию все "общественные мастерские" в данной индустрии. Таким образом, каждая крупная отрасль промышленности в конце концов сгруппируется около одной "центральной мастерской, к которой все другие мастерские будут относиться как отделения". Для завершения здания достаточно будет "освятить солидарность различных производств", которые вместо взаимной борьбы будут оказывать друг другу поддержку, будут помогать друг другу во время кризисов, если только им не удастся — еще более важный результат — благодаря соглашению предупреждать их.

Таким образом, благодаря только свободе строй конкуренции мало-помалу отступит перед строением ассоциации, и по мере того как "общественная мастерская" будет осуществлять эти чудеса, зло конкуренции будет исчезать и моральная и общественная жизнь будет стряхивать с себя свои современные недостатки.

И что же требовал Луи Блан для осуществления своего предприятия? Пустяки, почти что ничего: росчерка пера правительства, чтобы создать капиталы для первых мастерских и устав, а затем ему придется только наблюдать за исполнением его.

В этом существенный пункт доктрины Луи Блана, резко отличающий ее от учения Оуэна или Фурье. Для основания фаланстера и коммунистических колоний ни Фурье, ни Оуэн не прибегают к государству. Они ограничиваются частной инициативой. Общество обновится самопроизвольно, без внешней помощи, и ныне еще это составляет принцип потребительских кооперативов. Повсюду, ще они существовали, они рассчитывали только на собственные силы. Но Луи Блан проповедует общества рабочих специализовавшихся. Откуда могут они взять капитал? Рассчитывать на сбережения рабочего — это значит никогда не начать. Нужно найти кого-нибудь, кто бы сдвинул с места весь механизм, так как он сам не может сдвинуться. Кто же будет этот "кто-нибудь", как не власть? Разве она не представляет собой "организованную силу"? К тому же "не взять ее в качестве орудия — значит встретить в ней препятствие". Но зато власть вступается только на один момент: "раз пущенная машина пойдет сама собой". Государство "делает только то, что ставит об щество на плоскость, по которой оно будет спускаться уже само силой вещей и естественным действием законов данного механизма". В этом вся замысловатость системы. И в самом деле, большинство современных производительных кооперативных обществ основывается при финансовой и административной поддержке публичной власти и не может существовать без нее.

Таким образом, Луи Блан один из первых социалистов, если не первый, который думал опереться на современное государство для проведения социальной реформы. Впоследствии Родбертус и Лас- саль обратятся к государству с подобным же призывом, и французский писатель заслуживает того, чтобы вместе с ними числиться предтечей государственного социализма.

Бели есть в этом призыве со стороны социалистов кое-что довольно наивное, то одно из двух: или проект, для которого они требуют содействия правительства, есть действительно революционный проект, и тоща правительство, представляющее общество, было бы слепым, если бы оно собственными руками подготовляло свою гибель; или проекты, для осуществления коих приглашают его, не представляют опасностей для общественного порядка, но тоща содействие правительства раскрывает их скромное значение. Государственный социализм избегает такого возражения, провозгласив себя абсолютно консервативным, что он и сделал в Германии.

Луи Блан (а после него и Лассаль), занятый преимущественно непосредственным результатом, не замечает возражения. Он думает о другом упреке, более важном в его глазах, — о том самом, который впоследствии сделают государственным социалистам, и он старается избежать его с помощью аргумента, часто встречающегося под его пером. Вмешательство государства не противоречит ли свободе? — спрашивает он самого себя и отвечает: да, если вы понимаете под свободой абстрактное право, обеспеченное каждому человеку данной конституцией. Но свобода не в этом заключается, "она состоит в данной человеку власти упражнять и развивать свои способности при господстве справедливости и охране закона". Юридическая свобода без фактической есть лишь "ужасный гнет"; и повсюду, ще человек, лишенный образования и орудий труда, осужден на неизбежное подчинение более богатым и более образованным, свобода фактически уничтожается. Поэтому, поскольку в обществе будет существовать "низший и более слабый класс", вмешательство государства будет необходимо. Лякордер выразил это в более внушительной формуле: "Между сильным и слабым свобода является притеснителем, а закон — освободителем". Мы находили уже этот аргумент у Сисмонди и встретим его у всех противников laisser faire.

Таким образом, вместе с Луи Бланом намечается движение идей, которое в последней четверти XIX столетия примет широкие размеры. Государственный социализм из простой попытки пре вратится в настоящую доктрину, которая получит многочисленные приложения на практике.

События 1848 г. дали Луи Блану случай для частичного осуществления своих идей. Мы рассмотрим эти эксперименты в следующей главе, ще встретимся с неудачными попытками социализма 1848 г. Но идеи "Организации труда" пользовались более прочным успехом в многочисленных производительных рабочих кооперативах, которые понемногу возникали повсюду и популярность которых не переставала расти среди некоторых групп французских рабочих. Таким образом, вместе с Оуэном и Фурье Луи Блан способствовал энергичному распространению принципа ассоциации и главным образом поэтому заслуживает (хотя и немного менее их) места в истории социалистов-ассоциационистов.

Наряду с Луи Бланом уместно указать на двух людей, которые также продолжали идеи ассоциационистского социализма вплоть до революции 1848 г., — на Леру и Кабэ.

Пьер Леру оказал на умы своего времени значительное влияние. Романы Жорж Санд наполнены социальными диссертациями, исходящими — она сама об этом заявляет — от него. Однако из его расплывчато гуманитарных книг нельзя ничего выбрать, ничего действительно важного для науки, за исключением разве что веры в ассоциацию и особенно закона солидарности — идеи, которой так посчастливилось потом. По-видимому, он первым употребил это знаменитое выражение в том смысле, какой ему придают ныне, т.е. в смысле заместительницы благотворительности.

Ему также, по-видимому, нужно приписать инициативу употребления выражения "социализм" как противоположности индивидуализму10. И, наверное, изобретения этих двух слов было достаточно, чтобы обеспечить за ним место среди социологов.

Кабэ представляет ту особенность, редкую у социалистов, что он занимал должность генерального прокурора, правда, недолгое время: но он приобрел значительно большую известность своим романом "Le voyage еп Icaire" ("Путешествие в Икарию"). Впрочем, в его системе нет ничего оригинального. На постоянный вопрос: что же будут делать с теми, кто не захочет трудиться, — он дает все тот же незамысловатый ответ: "С лентяями? Мы не будем знать их (в Икарии)". К несчастью для него, он попытался дать более наглядный ответ, отправившись, по примеру Оуэна и Консидерана, в С.-А. Соединенные Штаты основать свою колонию (1848 г.). Впрочем, это икарийское общество было одним из тех, которое существовало дольше всех, и в видоизмененной форме оно просуществовало даже до 1898 г.—полвека.

Кабэ — искренний коммунист, и этим он далеко расходится с Фурье и приближается к Оуэну, хотя он не считал себя учеником последнего. Но это, может быть, объясняется лишь авторским самолюбием, ибо он очень хорошо знал Оуэна и даже лично. Будучи коммунистом, Кабэ, однако, вовсе не был революционером; он был добродушным человеком, взывавшим лишь к альтруистическим чувствам, и оптимистом, убежденным в том, что моральное перерождение легко осуществимо.

<< | >>
Источник: Жид Ш., Рист Ш.. История экономических учений. Директмедиа Паблишинг Москва 2008. 1918 {original}

Еще по теме III ЛУИБЛАН:

  1. III. ДА, НО..
  2. Раздел III
  3. РАЗДЕЛ III.
  4. ГЛАВА III
  5. ЧАСТЬ III
  6. Глава III.
  7. Глава III.
  8. ГЛАВА III
  9. Глава III.
  10. Глава III
  11. Глава III
  12. Глава III.
  13. Глава III.
- Регулирование и развитие инновационной деятельности - Антикризисное управление - Аудит - Банковское дело - Бизнес-курс MBA - Биржевая торговля - Бухгалтерский и финансовый учет - Бухучет в отраслях экономики - Бюджетная система - Государственное регулирование экономики - Государственные и муниципальные финансы - Инновации - Институциональная экономика - Информационные системы в экономике - Исследования в экономике - История экономики - Коммерческая деятельность предприятия - Лизинг - Логистика - Макроэкономика - Международная экономика - Микроэкономика - Мировая экономика - Налоги - Оценка и оценочная деятельность - Планирование и контроль на предприятии - Прогнозирование социально-экономических процессов - Региональная экономика - Сетевая экономика - Статистика - Страхование - Транспортное право - Управление затратами - Управление финасами - Финансовый анализ - Финансовый менеджмент - Финансы и кредит - Экономика в отрасли - Экономика общественного сектора - Экономика отраслевых рынков - Экономика предприятия - Экономика природопользования - Экономика труда - Экономическая теория - Экономический анализ -